— Что? Что ты сказал? Этих людей, как и меня, превратили в роботов?

— Нет, отнюдь. Ты же не погиб и не пропал без вести. Ты — дорогостоящий прибор, Костя, остальным, которых пробовали на ту же роль, что и тебя, не повезло. А тебе и этой твоей, как её, как раз посчастливилось. Впрочем, это зависит от того, как посмотреть.

— Она…

— Да, она. Ты слышишь её, она тоже постоянно передаёт. Только очень слабо, в отличие от сильного воздействия твоих хозяев. Нужна предельная мощность, концентрация ресурсов всего организма, чтобы ты мог услышать её. Тебе понятно?

Я сидел, опустив голову и уставившись в пол. Затем поднял глаза.

— Спасибо, — сказал я. — Мне надо подумать над этим.

Я встал и направился к двери.

— Подожди, Костя, — резко бросил Валька мне в спину.

Я обернулся.

— Я должен был сдать тебя в ФСБ, — сказал он. — Подумай, что будет, если завтра ты получишь от своих хозяев другой приказ. Например, взорвать где-нибудь ядерный заряд.

— Что же не сдал? — спросил я.

— Не смог. Молю бога, чтобы мне не пришлось в этом раскаиваться…

Она прилетела с Нью-Йоркским рейсом. Она шла ко мне через людской поток, закусив губу и заворожено глядя на плакат в моей руке. Я смотрел на неё и не мог сдвинуться с места, я будто прирос к полу. Я не верил. Я уже знал, уже понимал, что это она. Но не верил. Не верил, что на земле бывает такое счастье. Она остановилась, дамская сумочка, скользнув по её руке, упала на пол.

Я рванулся вперёд. Расталкивая пассажиров, под ругань и мат я бросился к ней, оторвал от пола и поднял на руки. Время замерло, мы смотрели друг другу в глаза.