
Стервятники были все ближе. Уже можно было услышать их хриплое, тяжелое дыхание. Различить нити слюны, свисавшие с мелких, острых зубов. Времени не хватало. Оно, песчинками, со скоростью пули, проносилось сквозь пальцы, не встречая на своем пути никакой преграды. Чарли выхватил револьвер, оказавшийся больше и тяжелее его собственного, и два раза выстрелил в лошадей, стоявших без поклажи. Животные повалились на землю. Первая лошадь умерла сразу же - видимо, пуля удачно угодила. Вторая забилась в агонии, и предсмертное ржание, полное боли и ужаса, укоризненно неслось в спину Чарли. Этих прекрасных животных было очень жаль, но собственная шкура дороже. Для спасения своей жизни, Чарли был готов табун лошадей расстрелять, без малейших зазрений совести. Да и не только лошадей, откровенно говоря...
Мертвые лошади дали Чарли несколько драгоценных секунд. Через плечо он увидел, как стервятники сцепились над мертвыми телами, деля добычу. Сейчас самые сильные приступят к лакомству, а самки понесут части туши детенышам. Самые же молодые и неопытные, оставшиеся без добычи, как и следовало ожидать, бросились вслед за удирающей пищей.
Чарли подстегивал лошадь. Лицо до глаз было прикрыто платком, чтобы не надышаться едкой пыли. Шляпа низко надвинута на глаза, спасая от палящего солнца. Чарли еще не успел забыть утренний маршрут, и потому уверено гнал лошадей в сторону выхода из города.
