— Тетя, а может…

— Не стесняйся, дорогая. Если ты будешь стесняться, то все наши гости и подавно стушуются. Итак, мы заворачиваем нож в салфетку… вот так, чтобы с двух концов она была открыта. Теперь бери ее посередине… правильно, и подними над головой. Руку вытяни. Ох, дорогая, не стискивай пальцы, можешь порезаться, хоть лезвие в салфетке. Вот так, хорошо. Теперь — самое интересное. Мы смотрим, а Шейла называет всех животных, которые приходят ей на ум. Подсказывать можно, но необязательно. Своего фетча она рано или поздно назовет. Ну, давай, девочка, начинай. Называй животное вслух, четко и ясно. И старайся его представить как можно ярче. Ну же?

— Ммм… — растерялась Шейла Берман, фигуристая черноглазая блондинка, восходящая звезда нового телешоу и племянница экстравагантной хозяйки дома. — Эээ… какое животное?

— Любое, дорогая, любое. Первое, которое в голову придет.

— Мм! — восходящая звезда нахмурила лобик. — Собака?

— Прекрасно. Еще, милая, давай, вспоминай!

— Кошка?

— На свете уйма четвероногих, девочка. Не только собаки и кошки. Ну же!

— Э… я больше не знаю

— Мышка! — подсказал кто-то из толпы.

— Мышка! — обрадовалась Шейла Берман.

— Отлично! — Линда тряхнула буйной полуседой шевелюрой, звякнули многоярусные серьги из витой проволоки. — Еще! Поднапрягись, девочка.

— Как неожиданно меняются роли, не правда ли, мой дорогой детектив? — мурлыкнули сбоку, и Леон вздрогнул. Оторвал взгляд от воздетого к потолку ножа в салфетке, оглянулся. — Решительная мисс Берман оказалась в роли испытуемого и потерялась точно так же, как и многие из ее подопытных.

Граф держал на ладони фарфоровое блюдце с куском торта. В другой руке у него была десертная ложечка, а в ложечке — вишенка, и эта вишенка зависла на полпути между кремовыми розами и загадочной китайской улыбкой.

— Ты что здесь делаешь? — нахмурился Леон.