- Ну, что тут у нас? - Весело произнес Самаэль, распахивая двери. - Брюнеточка и рыжень... хм, блондинка, но даже очень ничего. - Он мягко подкатился к Грерии и улегся рядом с ней на кровать. - Как тебя зовут, прекрасная грешница? - Спросил он.

   - Елена, - ничуть не колеблясь, ответила Грерия, улыбаясь ему в ответ.

   - Елена Прекрасная, - сказал он. - Если б не знал ее лично, решил бы, что ты и есть она. - Его глаза горели лукавством и похотью.

   - А Вас? - Спросила Грерия, прикрыв глаза пушистыми ресницами.

   - Самаэль. - Гордо произнес тот, вскидывая голову.

   О, да, Грерия прекрасно помнила эту позу и выражение лица. Сколько раз она видела его у Абы, сколько раз она видела его у него в комнате и веселым, и довольным, и злым, и испуганным, и потерянным. Самаэль, прекрасный, как юный бог, с карими глазами, высоким лбом, темно-каштановыми вьющимися волосами, непослушно спадающими на лоб, с ровным острым носом, и резко очерченными скулами. Испанец - сказала бы она, глядя на него, если б только не знала, что родом он совсем из других мест. Все, что в нем изменилось после падения - это крылья. И она скорее сказала бы, что белые крылья с перьями пошли бы ему куда больше перепончатых с когтистыми лапами на концах.

   - Не может быть... - восторженно прошептала она, потому что именно так реагировала бы на это имя любая другая тупица, - тот самый Самаэль? Чье имя мы призывали в ритуалах?