При виде сферы хозяин начал успокаиваться, следя взглядом за движением тумана в ней и размышляя о чем-то своем.

   - Сфера Идиа, - пробормотал он. - Неужели все и правда так безлико? - Отстраненно взглянул он на Небироса.

   - Поверьте, Аба, я и сам думал, что меня ждет сфера чернее ночи, сфера, источающая яд, я с трепетом и любопытством ждал, что же мне вынесет Джаред, но он принес мне ее, и сколько я ни глядел, там лишь одна тоска. И что ни взять, любое действие, пядь жизни - она не сделала ничего выдающегося, ни злого, ни доброго. Так живут демоны-слизняки, которые вечно прячутся в своих раковинах. Да о ней даже не вздохнул никто, я уверен, после ее ухода! - Воскликнул Небирос, вращая в руке сферу, словно желая продемонстировать упомянутую часть из шара. - Три человека на похоронах, включая гробовщика и пьяницу-завсегдатая кладбища.

   - Очень искренние похороны, - задумчиво произнес хозяин. - Никакой фальши, суматохи, идиотских прощальных речей...

   - Ну почему же, - возразил Небирос с кривой улыбкой. - Пьяница не мог промолчать - он произнес отличную речь, суть которой сводилась к необходимости выпить.

   Взгляд хозяина снова заставил его заткнуться, так он был пронзителен и недобр.

   - Ты свободен, - махнул он рукой Небиросу, и тот счастлив был убраться. - Сферу оставь. - Небирос запнулся в воздухе, и тихо развернувшись, мягко опустил сферу в чашу на столе хозяина и бесшумно исчез из комнаты.

   - Червь, - произнес Ник, - и он еще рассуждает о червях. Я мог бы раздавить его, а он и не пискнул бы. Он даже не воспрепятствовал бы мне. Никто из них не посмеет, они все дрожат, приближаясь ко мне больше, чем на пару шагов. Ничтожество. Демоны... Хотя такое знакомое нитожество, насквозь известное, понятное, контролируемое. - При этом его пальцы сами нежно начали ласкать сферу. - Откуда же в тебе столько бунта? Что это - отчаяние? Безумие? Нет, безумцы не падают так глубоко вниз, некоторыми из них не гнушаются даже наши сияющие соседи сверху. - Ноздри его непроизвольно расширились на этих словах, и он едва не зашипел от ненависти и презрения.