Стало ещё хуже когда она сняла одежду, её естественно бледная кожа была сильнейшим выворачивающим наружу кишки контрастом ожогу на её лицэ. Она не понимала до этого но у неё были ожоги на руках тоже — везде где были открытые участки кожи для светового удара.

Радиация. УВ излучение. Это пока было не больно, но Клер знала что будет и скоро. Она быстро приняла душь, уже чуствуя себя некомфортабельно от струй воды по травмированной плоти, и затем напрасно обыскала свой шкаф в поисках чего то что не контрастировало с её новым, ярко розовой цветовой гаммой.

О, Монике это понравиться как новый щенок. В конце концов она надела ливчик и трусы и упала на кровать уставившись на потолок. Она знала что должна высушить волосы, но она была в слишком плохом настроении что-быэто её волновало. Блеятящаякрасивая головка совсем не поможет. А свалявшиеся жалкие волосы по крайней мере соответстовали её настоящему настроению.

проведя полных пятнадцать минут в мрачной задумчивости — что было очень близко к её лимиту — Клер схватила нушники, загрузила последнюю лекцию Мирнина по теории струн. Ну хорошо, она думала что это теория струн, хотя у Мирнина была тэнденция смешивать науку с мифолоогией алхимией и магией и кто знает с чем ещё. Куски из всего этого всё ещё имели больше смысла чем всё что она слышала от штатных профессоров — и эти части были полной тарабарщиной.

Задача была в том что-бы определить что есть что.

Она даже не знала что кто то есть в комнате пока кровать не накренилась. Клер открыла глаза почти в полнейшей темноте — когда это случилось и инстинктивно схватилась за одеяла, затем вспомнила что лежит поверх них почти голая и паника пошла по цепной реакции. Она сдёрнула наушники и соскользнула сосвоей стороны кровати подальше от того чей вес опустился на другой край…