От могилы они уходили двигаясь медленно сплочённой группой, когда из за большого мраморного маузолея на вершине холма, шагнула тень. Этоыл вампир, но не такой каких Клер привыкла видеть в окрестностях Морганвилля, этот выглядел так как будто прожил тяжёлую жизнь, без душа и вещей личной гигиены.

Он также не выглядят вполне здоровым.

«Амели», мужчина сказал — по крайней мере, Клэр думала это мужчина, но было трудно сказать точно из-за путаници волос, которые не были расчесаны с прошлого столетия, и бесформенной массы грязной одежды, с грязным плащом поверх. «Навестите своих крестьян и распределите милосердие, как в былые времена?» У него был сильный акцент, английский возможно — но грубый к тому же, не как усовершенствованный голос Оливера. «О, пожалуйста, хозяйка, милостыня для бедных?» И он засмеялся. Это был сухой, глухой звук, и он вырос… пока не стал исходить отовсюду вокруг них, из темноты.

Существовали несколько из них там.

Майкл повернулся, глядя в ночь; возможно он мог что то видеть, но для Клер были лишь тени и надгробные плиты, и этот смех. Шейн обнял ее.

Амели стряхнула поддерживавшие ее руки Евы и шагнула от их маленькой группы. «Морлей» сказала она. «Я вижу ты выполз из своей канализации»

«А вы, моя леди, спустились из своей башни из слоновой кости,» сказал он.» И вот мы сдесь в этой навозной куче, где люди выбрасывают свои отбросы. И вы принесли ланч, как мило.»

Призрачные хихиканья раздались из темноты. Майкл повернулся, отслеживая что-то, что Клэр не могла видеть; его глаза покраснели, и она могла видеть, что он отличался от Майкла, которого она знала, став чем-то еще, кем-то более страшным — Майклом, которого она не знала. Ева тоже это ощутила, и отстранилась, ближе к Шэйну. Она выглядела спокойной, но ее руки были сжаты в кулаки по бокам.

«Сделайте что-нибудь», сказала она Амелии. «Вытиши нас отсюда».