Я оделся, взял в кладовке сверток с пистолетом, поместил его в карман коричневой кожаной куртки и помчался по катакомбам на поверхность.
…Мне повезло. Прямо у зоопарка я увидел фиолетовую «семерку». Она стояла на светофоре. Окно было открыто, и внутри сидел мужик в фиолетовой куртке.
- Алё, — сказал я, подходя к нему. — До «Белорусской» подбросишь?
- Ну, садись, — буркнул мужик. — Ну, блять, от тебя и воняет. Деньги хоть есть?
- Обижаешь, — криво усмехнулся я. Когда он отвернулся, я сплюнул в ладонь вкусом фиолетовой крысы и вытер плевок о сиденье. Процесс пошел.
Белорусская — Новослободская
Мужик этот мне не нравился. Он пренебрегал одной из главных заповедей житейской мудрости, которая гласит: «Никогда не хами незнакомым людям». Когда мы приехали на площадь Белорусского вокзала и я протянул ему две сотни, он буркнул:
- Накинуть бы надо.
- Что? — удивился я.
- Через плечо, — парировал он. — Сиденье мне захаркал. Вот что…
Все видел, оказывается.
- И что теперь? — спросил я.
- Я ж и говорю — накинуть бы надо.
- Веревку себе на загривок накинь, — сказал я.
В драку он не бросился.
- Встретимся еще, козел! — гавкнул он, когда я отошел на безопасное расстояние.
Оказавшись на площади, я немедленно выкинул этого придурка из головы.
Вообще-то, на Замоскворецкую линию у меня был один вариант. Примерно два месяца назад, здесь же, на «Белорусской»-кольцевой я случайно подслушал один разговор. Его вела симпатичная девушка в зеленом (а это ох, как немаловажно!) плаще. Она договаривалась с кем-то о рекламе. Диктовала свой телефон (видимо, звонила на стационарный), назвалась Леной. Номер я, на всякий случай, запомнил. Уже тогда я предвидел, что моя прорицательница долго не протянет.