Закончить я не смогла. В сознании снова вспыхнули образы крови и смерти. По лицу Лиссы скользнула тень беспокойства, просочившись через нашу связь.

— Роза, как ты? — Она ласково посмотрела на меня.

Лисса — моя лучшая подруга, но я не хотела, чтобы она знала, до какой степени все происшедшее напугало и расстроило меня. Я хотела быть сильной.

— Нормально, — процедила я, стиснув зубы.

— Как все это выглядело? — спросил Кристиан.

В его голосе звучало любопытство, но одновременно и чувство вины — он понимал, что нехорошо расспрашивать о таких страшных вещах. Но удержаться от вопроса не смог, импульсивность — одна из немногих черт, роднивших нас.

— Это выглядело… — Я покачала головой. — Не хочу об этом говорить.

Кристиан начал возражать, но Лисса коснулась рукой его блестящих черных волос. Ее мягкое прикосновение успокоило его. Между всеми нами возник момент неловкости. Проникнув в сознание Лиссы, я поняла, что она отчаянно хочет сменить тему.

— Говорят, это нарушит все праздничные визиты, — произнесла она после некоторой паузы. — Тетя Кристиана, правда, все равно собирается приехать, но большинство мороев сейчас не хотят путешествовать и пожелали, чтобы их дети тоже оставались в безопасном месте. Мысль о том, что где-то действует банда стригоев, ужасает всех.

— Многие родственники не смогут увидеться, — пробормотала я.

— И планы множества королевских вечеринок тоже пойдут прахом, — заметил Кристиан, краткий миг его серьезного настроения прошел, зато ехидная манера вернулась. — Известно, как они ведут себя в это время года — всегда соперничают друг с другом, чья вечеринка круче. Теперь не будут знать, куда себя деть.

Вполне вероятно. Вся моя жизнь вращалась вокруг борьбы, а мороев раздирали внутренние раздоры — в основном это касалось королевских семей и аристократов. Они сражались друг с другом с помощью слов и политических союзов, и, по правде говоря, я предпочитала более прямой метод нанесения ударов. Лиссе и Кристиану в особенности приходилось плавать в очень беспокойных водах. Оба они были из королевских семей, что привлекало к ним внимание и внутри Академии, и за ее стенами.