- Да, иначе я должна буду уйти от тебя. Мне пора рожать...

   - У тебя был жених? - Почему-то Кейн только сейчас задал этот вопрос, после целого года сожительства с Аниту.

   - Да, есть. Но он тебя уважает и потому не претендует. Пока. Но если ты от меня откажешься и уедешь в Нью-Йорк к своей жене, я пойду за него замуж.

   Вот так, мистер Кейн. Все очень просто и по-деловому. А еще говорят, что аборигены не практичны, романтичны и прочая. Впрочем, определенность во всем, в том числе и в отношениях полов, и есть стиль их жизни. Их экзистенция.

   Она не спрашивала его, любит ли он её? А если бы спросила, он бы ответил, да, влюблен. Влюблен, наверное, это было, одно из тех выражений чувств западного человека, которых она не понимала.

   - Послушай, Аниту, - ты говоришь, что тебе пора рожать... Так почему ты не рожаешь? Ведь мы с тобой никак не предохраняемся. А между тем ты не беременеешь... Может, дело во мне? Может, я стар для тебя... Скажи, я тебя не неволю...

   - Ты не стар. И не в тебе дело. Я не беременею потому, что не хочу. Пока. Пока мы не оформим наши отношения, как того требуют закон и обычаи.

   - Ты что, используешь какие-то травы, снадобья?

   - Нет, для этого не нужны никакие снадобья. Достаточно моего нежелания.

   - Но так не может быть. Природа...

   Аниту рассмеялась:

   - Что вы можете знать о природе, живя в своих железных городах?

   - Значит, все зависит от моего решения?

   - Да.

   Джон снял очки. Жгучее солнце ударило в глаза. Он прикрыл веки, из-под ресниц выкатились две слезинки и быстро стали высыхать под горячими лучами. В носу защекотало. Он громко чихнул. Аниту рассмеялась. Он снова прикрылся очками и сказал:

   - Дай мне ещё немного времени...

   Аниту успокаивающе положила прохладную ладонь на его горячее плечо.