Последние считаются потомками гуннов, что весьма возможно. В одиннадцатом веке, когда мадьяры завладели страной, они действительно воевали с гуннами. Я где-то читал, что всякого рода суеверия исходят из этой области Карпат, составлявшей как бы центр волшебного водоворота. Если это правда, мое пребывание окажется крайне интересным (расспросить на этот счет графа).

Я спал плохо, хотя постель была удобная, мне снились тревожные сны. Какая-то собака выла всю ночь под окном, что, пожалуй, и было причиной моего беспокойства, или, может быть, просто последствием знаменитой «паприки», после которой я выпил графин воды, не утолив, однако, жажды. К завтраку опять подали «паприку», какую-то кашу из кукурузной муки под названием «мамалыга» и баклажаны, фаршированные мясом, которые оказались очень вкусными (постараться узнать, как их готовят). Я должен был торопиться, так как поезд уходил по расписанию в восемь часов утра, и понесся на всех парах на станцию, но просидел там более часа, прежде чем поезд тронулся. Кажется, что чем дальше едешь на восток, тем чаще расписание поездов нарушается.

Целый день мы ползли (иначе выразиться нельзя) по весьма живописной местности. Изредка попадались маленькие селения, старинные замки, окруженные скалами. На станциях толпились люди в пестрой одежде, дожидавшиеся прихода поезда. Некоторые походили на крестьян во Франции и Германии — на них были короткие кофты домашней вязки и круглые шляпы. Женщины казались красивыми, хотя талии их не отличались изяществом. На всех мужчинах были широкие кушаки, украшенные пестрыми кусочками ткани. Самый оригинальный вид был у словаков: огромные шляпы, широкие, белые, но крайне грязные штаны, белые холщовые рубашки, подпоясанные кожаными поясами с медными украшениями. Прибавьте к этому черные длинные усы и неприветливое выражение лица. Были бы они на сцене, их приняли бы, несомненно, за шайку разбойников. Говорят, однако, что у них нрав кроткий и безобидный.