– И кому так повезло этой ночью?

– О чем ты? – вампирша попыталась сделать вид, что не поняла вопроса.

– Твоя кожа все еще хранит его запах, – прошептала Танис, – Он… он не может принадлежать всего лишь жертве. Жертву ты бы так близко к себе не подпустила, – ее голос стал лукавым.

Эта тирада вызвала у Менестрес ехидную улыбку, и она, высвобождаясь из остатков одежды, проговорила:

– Я вижу, от тебя ничего не скроешь!

– Я начала подозревать, что что-то произошло с той самой минуты, как ты переступила порог. У тебя волосы были распущены. Теперь же не осталось никаких сомнений.

Все эти доводы заставили вампиршу разразиться веселым смехом. У нее было великолепное настроение. Сейчас она ощущала себя скорее просто женщиной, нежели древним и могущественным вампиром.

– Наверно, этот мужчина само совершенство, раз ему удалось зажечь твои глаза такой страстью и таким счастьем, – продолжала Танис.

– Само совершенство? – усмехнувшись, переспросила Менестрес. – Ну уж нет, избави меня Бог от совершенства! Что может быть скучнее?! Но в одном ты права, он был замечателен. Таких людей встречаешь очень редко. Давно я так не развлекалась.

– Не он ли причина внезапно возникшего дела, заставляющего нас задержаться здесь?

– Я больше не собираюсь с ним встречаться, – уклончиво ответила Менестрес. – Это может погубить его, – а про себя подумала: "Он пока не готов. Его силы только просыпаются. Если я сейчас встану на его пути, то это не приведет ни к чему хорошему".

– Так обрати его, – продолжала Танис. – Пусть станет одним из нас, твоим птенцом.

– Нет, хватит об этом, – ответила вампирша, залезая в уже приготовленную горячую ванну.

– Как пожелаешь, – пожала плечами Танис, беря в руки кувшин с водой. А с лица ее не сходила лукавая улыбка.

Больше они эту тему не затрагивали.

* * *