– Замечательное место для детишек, – добавил мистер Бадли.

Чарли перехватила взгляд Тома. Тот привязал Бена к скобе для очистки обуви у нижней ступеньки, и они поднялись по лестнице вслед за мистером Бадли к дубовой входной двери с потускневшим кольцом в виде львиной головы. Ветер трепал куртку Чарли. Она спросила:

– Долго ли дом пустует?

– Всего около девяти месяцев. Мисс Делвин умерла в конце прошлого лета, – ответил мистер Бадли.

– Здесь? – спросила Чарли. – В этом вот доме?

– О нет, не думаю.

– Мне всегда немного не по себе в доме, где кто-нибудь умер, – сказала Чарли.

– Вам, разумеется, известно, кем была Нэнси Делвин. – Мистер Бадли произнес ее имя с благоговейной почтительностью.

Чарли повторила имя и взглянула на Тома. Тот пожал плечами:

– Нет.

– Модельерша, – сказал мистер Бадли, заставив их почувствовать, как они его разочаровали. – В сороковых годах она была знаменита. – Он наклонился к ним и понизил голос: – Шила для королевской семьи. – Он дал им время проникнуться значительностью сообщенного, прежде чем указал на медную дверную табличку, поблескивавшую на солнце, с потемневшей от забившейся пыли загрязненной гравировкой. – Оригинальная табличка по страховке от пожара 1711 года! Этот дом – прямо-таки живая история.

Он вставил ключ в замок и повернул так, словно открывал раковину с жемчугом. В маленьком холле пахло как в церкви. Справа и слева они увидели закрытые двери с железными засовами, впереди – какая-то узкая лесенка, справа от нее – темный коридор. На столе в прихожей, под покрытым рябью зеркалом, стоял бюстик с крылышками.

Мистер Бадли щелкнул выключателем. Послышался резкий металлический звук, но свет не вспыхнул. Потемневший от сажи абажур был прикреплен к таким низким брусьям потолка, что Чарли могла бы поменять лампочку, даже не поднимаясь на цыпочки.