Гард проверила край своей секиры большим пальцем и достала из кармана гладкий камень.

- Мэг является у фоморов Повелителем-чародеем первого ранга. Он смертельно опасен - и у него есть связи. Фомор может раздавить вас без серьёзных потерь ресурсов. Противостояние было бы неразумным.

Камень, плавно двигающийся по лезвию секиры, издавал стальной, скользящий звук.

- Кажется, это дело принесёт мало прибыли, - сказал я. - Ничего личного, Жюстина. Просто бизнес. Я обязан вернуть похищенное имущество подписавшемуся участнику Соглашения.

Хендрикс резко посмотрел на меня. Он ничего не сказал. Он и не должен был. Я уже знал интонацию всего, что он мог сказать. Разве нет у нас тюрем, возможно. Или нет человека, который был бы как остров, сам по себе. Он звонит по тебе.

Хендрикс совершено не годится для бизнеса.

Гард смотрела на меня, ожидая.

- Сэр, - сказала Жюстина размеренным и странно формальным тоном. - Могу ли я говорить?

Я кивнул.

- Она не является собственностью, - сказала Жюстина, и голос у неё был низкий и напряжённый, взгляд прямой. - Она попала в ловушку в логове живых кошмаров, и некому было прийти и спасти ее. Она бы там и умерла. И я никому не позволю утащить её обратно в эту адскую бездну. Я умру первой.

Молодая женщина сжала челюсти.

- Она не собственность, мистер Марконе. Она ребёнок.

Я долго смотрел Жюстине в глаза.

Я посмотрел в сторону Хендрикса. Он ждал моего решения.

Гард смотрела на меня. Как всегда, Гард смотрела на меня.

Я посмотрел на свои руки, мои пальцы покоились вместе с локтями, опирающимися о стол.

Бизнес на первом месте. Всегда.

Но у меня есть правила.

Я посмотрел на Жюстину.

- Она ребёнок, сказал я спокойно.

Атмосфера в комнате внезапно стала очень натянутой.