Неприятель высыпал из леса густой толпой, держа в руках лестницы с крюками для закидывания их на стену. Влад прикинул — они уже были в зоне поражения пушек, и скомандовал:

— Беглый огонь!

Пушки вразброд ухнули, в толпу понеслись, визжа в воздухе и вращаясь, книппели. Они достигли бегущей толпы и буквально выкосили ряды в наступающем войске. Люди были разорваны ударами свинцовых полушарий, цепь, протянутая между снарядами, отрывала головы, руки, ноги. Противник замедлил бег — грянул ещё залп четырёх пушек — эффект был ещё страшнее — было уже хорошо видно, как снаряды косили врага — месиво напоминало страшную бойню, Влад сам не ожидал такого эффекта от двух залпов — они не ожидали применения такого оружия и пёрли на крепость густой толпой, в которой книппели произвели страшные потери. Последний штрих довершила картечь — залпы почти в упор выкосили ряды, как град выбивает посадки огурцов. Враг побежал, бросив лестницы и скрылся за соснами. На поле осталось сотни четыре мёртвых и покалеченных бойцов. После получасового перерыва, 'саваловцы' показались снова — теперь они действовали осторожно и передвигались мелкими группами, всё время меняя направления бега и подбираясь к стене перебежками — явно этим болванам кто то подсказал, что у пушек может быть мёртвая зона. Кто то руководил их действиями издалека, и это не Савалов, а опытный, умелый воин, умеющий делать выводы из увиденного. Несколько групп всё равно нарвались на залпы картечи, но часть, подобрав лестницы и прикрываясь щитами от пускаемых сверху стрел охраны, подобрались прямо под стену. Впрочем — это им дорого давалось — стрелки охраны уже положили с десятка два нападавших. В основном, правда, ополченцев — латники были хорошо укрыты щитами и доспехами. В конце концов под стенами скопилось уже сотни две бойцов, они начали готовиться к штурму — и тут вступили в дело боевые маги.