Танэла хотела что-то сказать, но не успела. Дверь снова скрипнула – на пороге стояла Айна. Велегост еле сдержался, чтобы не вскочить, но скуластое лицо поленки казалось холодным и невозмутимым. Сейчас она была просто кметом – кметом, несущим стражу у порога.

– Молодой бачка притить, – низким, чуть гортанным голосом доложила она и вопросительно взглянула на Кея.

Сполотский поленке давался с трудом. Впрочем, Велегост научился ее понимать. «Бачка» – «господин». Не Ворожко ли?

– Пусти!

Это действительно оказался Ворожко – веселый, ухмыляющийся:

– Поймали, Кей! – с порога сообщил он. – Взяли!

– Войта?

Юный дедич мотнул головой:

– Извир с ним, с войтом! Дочку самого Беркута поймали! Эту дрянь, эту…

Тут он заметил Кейну и слегка покраснел.

– Поймали, это хорошо, – усмехнулся Велегост. – А теперь давай по порядку. Кто такой Беркут, и зачем нужно ловить его дочь?

– Беркут? – дедич, похоже, изумился. – Беркут – Старшой Рады! Этот старый мерзавец, эта гадюка…

Укоризненный взгляд Танэлы вновь заставил парня покраснеть.

– Ну, в общем… Мы ее около твоего дома взяли. Лазутчица! И меч при ней был! Кей, дозволь с ней разобраться! Я у этой стервы ремни из спины нарежу! У нашего рода с Беркутом счеты старые!

Брат и сестра переглянулись. Велегост понял без слов – «разбираться» надо самому.

– Сюда ее! – строго приказал он. – И оставь нас одних!

Дедич исчез, и на пороге вновь появилась Айна. В руках она держала меч – короткий скрамасакс в дорогих, отделанных серебром ножнах. Положив меч на стол, поленка вышла, и тут же вернулась – но не одна.

В первый миг Кею почудилось, что перед ним – мальчишка, немногим старше сына Добраша. Наверно, виной тому была уже знакомая куртка мехом наружу и высокие сапоги с широкими голенищами. Да и лицо у пленницы было мальчишеское, если бы не яркие тонкие губы – и не глаза. Большие синие глаза, глядевшие на Кея с неприкрытой ненавистью. На щеке краснела свежая царапина, руки скручены за спиной – дочь Беркута явно не хотела сдаваться без боя.