– Целься! – прошелестело по рядам. Сейчас враги пересекут невидимую черту – черту Смерти, и рой «капель» из «свиного железа» помчится навстречу. И тут случилось нечто еще более странное – один из бегущих остановился и бросил копье. За ним другой, третий…

– Стой! Не стрелять!

Он крикнул, боясь опоздать. Похоже, боя не будет. Рядом недовольно заворчал Хоржак, но Велегост лишь мотнул головой. Сдаются! И хорошо, да только непонятно. Почему эти медведи сбежали вниз, почему просто не ушли?

Теперь оружие бросили все – сотни полторы в одинаковых куртках мехом наружу. Войско превратилось в толпу – безоружные парни уныло стояли на солнцепеке, ожидая своей участи. И тут совсем близко, на опушке блеснула сталь.

Стрелки вновь подняли гочтаки, но Велегост жестом остановил кметов. Вот оно в чем дело!

Тех, кто вышел из леса, было немного, десятка четыре, но это была не толпа – войско. Стальные латы, шлемы, длинные мечи и даже, кажется, гочтаки. Кей переглянулся с Хоржаком. Выходит, и здесь нашлись друзья! Интересно, кто?

Один из латников вскочил на коня и помчался вперед, прямо на толпу в мохнатых куртках. Испуганный крик – кто-то упал под копытами, но всадник, не обратив внимания, гнал коня дальше. И тут Велегост с изумлением понял – мальчишка! Лет четырнадцати, не старше!

– Не стрелять! – на всякий случай повторил он и ударил белого каблуком. Всадник был уже близко, и Велегост решил встретить его на полдороге.

– Чолом, Кей!

Из-под стального шлема улыбалось безусое мальчишеское лицо. Велегост улыбнулся в ответ:

– Чолом! Ты меня знаешь?

– Знаю, Железное Сердце! – глаза мальчишки стали серьезными. – Ты – сын Светлого Кея Войчемира и его наместник!

Велегост невольно дотронулся до изуродованного лица. Да, узнать нетрудно…

– Я Ворожко сын Добраша, дедич тамги Барсука. Извини, кажется не дал тебе перестрелять это быдло!..

Он обернулся туда, где толпились сдавшиеся.