- Так, время поджимает, - сказал Дедалус, кивая на свои часы и убирая их обратно в пиджак. - Мы попытаемся переместить твою семью одновременно с твоим отъездом, Гарри, в момент, когда защита исчезнет, вы все должны быть в безопасности - он повернулся к Дурсли. - Ну что, мы готовы идти?

Никто не ответил. Дядя Вернон смотрел на бугорок в кармане пиджака Дедалуса.

- Возможно, нам следует подождать в коридоре, Дедалус, - пробормотала Хестия. Она явно считала неприличным оставаться в комнате, когда Гарри и его семья должны были сказать друг другу тёплые и нежные слова расставания.

- Не надо, - тихо начал Гарри, но дядя Вернон избавил его от объяснений громким «Ну, тогда до свидания, парень».

Он поднял правую руку, чтобы пожать руку Гарри, но передумал и сжал ладонь в кулак, покачивая ей вперёд и назад, словно метроном.

- Ты готов, Дидди? - спросила тётя Петуния, проверяя застёжку на сумке, будто стараясь избегать взгляда Гарри.

Дадли не отвечал, а стоял с открытым ртом, немного напоминая Гарри гиганта Гропа.

- Пошли, - сказал дядя Вернон.

Он уже почти дошёл до двери гостиной, как вдруг Дадли пролепетал: «Не понимаю».

- Чего ты не понимаешь, лапочка? - спросила тётя Петуния, глядя на сына.

Дадли поднял жирную поросячью руку, указывая на Гарри.

- Почему он не едет с нами?

Дядя Вернон и тётя Петуния замерли, уставившись на Дадли, как будто он только что изъявил желание стать балериной.

- Что? - громко спросил дядя Вернон.

- Почему он не едет с нами? - сказал Дадли.

- Ну, он… не хочет, - сказал дядя Вернон, поворачиваясь к Гарри и добавляя. - Ведь не хочешь?

- Ни капельки, - сказал Гарри.

- Вот видишь, - сказал дядя Вернон. - Теперь пойдём.

Он вышел из комнаты. Они слышали, как открылась дверь, но Дадли не двигался, и после несколько проделанных шагов тётя Петуния тоже остановилась.