Нырнул в ковш спутник, пробил донце и ушёл - светлячок летучий, весёлая человеческая звёздочка.

- Как знать, - сказал отец, - может, на этом спутнике автоматика, а может, космонавты полетели... Лет через двадцать, смотришь, и ты вот этак, звёздочкой, людям на радость...

- Я?! - удивился Ваня.

- А почему не ты? Это старенькие книзу растут, а маленькие кверху. Кто-то из вас будет дома строить, кто-то хлеб выращивать, а кому-то в космос отправляться.

Тут Ваня и спросил про самое главное:

- Папа, скажи, Земля, если её теперь не пожалеть, не поберечь... - во рту у Вани пересохло даже, - может Земля заледенеть или...

Ваня не договорил: не хотелось ему договаривать, не хотелось и подумать даже, что Земля может погибнуть, если её не поберечь.

- В журнале, что ли, прочитал? - удивился отец.

- По телевизору сказали.

- Не-ет! - отец снял кепку, надел и опять снял: разволновался, значит. - Нет! Такого люди не могут допустить... Ты пойми, человек такой силой владеет!.. А главное, ведь все мы любим Землю-то. У кого - горы, у кого море. А у нас с тобой - наш старый дуб.

Такой уж получился у них разговор. А тут ещё прожёг небо, да как-то снизу вверх, большой метеорит. Сгорел, даже дым было видно. Не обрадовал их сегодня звёздный путешественник. А вдруг это обломок какой-нибудь погибшей планеты?!

Взгрустнули они и пошли домой. В тепло. Ужинать.

* * *

Ночью Ваня плакал во сне. От слёз и проснулся. Проснулся и сразу вспомнил, почему плакал.

Земля во сне озябла и стала покрываться корочкой льда, как лужа. Ваня Землю в тёплый платок завернул, чтобы уберечь. Завернул и сам похолодел, давай узел зубами растягивать. Ведь коли растают льды, пойдёт гулять вода, затопит равнины и нашу, Восточно-Европейскую...

Ваня не знал во сне, как спасти Землю, а проснулся - вспомнил: нужно деревья сажать. Если каждый человек посадит дерево - это четыре миллиарда деревьев. Четыре миллиарда! А если по два дерева посадить? Ничего себе будет рощица!