– Легионы Хиддукеля, - прошептала Л'Индаша. - Приспешники Темной Владычицы…- Она оборвала себя на полуслове.

Говорить вслух, когда от звука голоса может подняться штормовой ветер и налетят бессчетные полчища врагов! Молча, затаив дыхание, друидесса подобрала ковш для гаданий и теснее прижалась к пахучему стволу дерева.

Один из драконов, еще совсем молодой и неуклюжий, развернулся и спикировал к роще этерн, подозрительно принюхиваясь; его черные крылья резко вздымались в кровавом свете луны.

Медленно, стараясь слиться с опустившимися под тяжестью снега ветвями, Л'Индаша попыталась расположить голубые лапы так, чтобы они закрывали ее, и прошептала в благоухающие иглы молитву Паладайну, Бранчале и Чизлев.

Суматошно хлопая крыльями, отставший дракон задел более крупного собрата - стук чешуи о чешую разнесся в морозном воздухе как треск рухнувшего дерева. Больший дракон пронзительно закричал и налетел на молодого, который в панике бросился прочь, в стремительном бегстве задевая грудью верхушки этерн.

Л'Индаша ахнула: существо глядело прямо на нее… Нет, мимо нее. В его взгляде читались ужас и изумление.

С невнятным криком молодой дракон пронесся между деревьями, расшвыривая в разные стороны ветви, иглы и снег. Какое-то время он вслепую старался затормозить, бороздя когтями лед и замерзшую землю, и что-то выскользнуло у него из лап.

Еще не придя в себя после такого приключения, дракон повернулся, стряхнул снег с кожистых крыльев и неуклюже взлетел, догоняя остальных. Он дважды терял высоту, рыская из стороны в сторону, миновал заросли высоких валлинов, стремительно выровнялся и, наконец, присоединился к собратьям.

– Пурпурная шляпа Паладайна! - прошептала Л'Индаша, глядя на засыпанный снегом предмет, который оставил после себя дракон. - Яйцо! Целое! - Она вновь прервала себя на полуслове, прижав ладонь ко рту, медленно поднялась и смахнула с плеч снег, глядя, как последние драконы исчезают в ночной вьюге, не услышав ее слов.