Отложив бумаги, которые читал, ректор внимательно посмотрел на меня и мягко спросил:

— Молодой человек, кто вам позволил врываться в мой кабинет без разрешения?

Я узнал этот тембр. Точно такой же был у меня, перед тем, как я показал двум адептам свой фокус. Поэтому я легонько поклонился и максимально вежливо ответил:

— Прошу прошения, милорд ректор, что появился так неожиданно, но у меня очень важное личное дело, которое можете разрешить только вы. И если вы потратите всего несколько мгновений вашего драгоценного времени, чтобы выслушать меня, я буду вам безмерно благодарен.

Ректор усмехнулся и сказал:

— Что ж, молодой человек, я вижу, что вы довольно учтивы, поэтому прощу вашу наглую выходку.

— Благодарю, милорд ректор, — снова поклонился я, таким способом набирая очки.

— Рассказывайте, что у вас за дело ко мне, — приказал Фалиано.

— Дело в том, что я, как вы, несомненно, уже успели заметить, являюсь одаренным, поэтому очень хотел бы поступить в ваше прекрасное учебное заведение, слава о котором гремит далеко за пределами Империи. К сожалению, дорожные неурядицы помешали мне прибыть сюда вовремя, поэтому я нижайше прошу вас рассмотреть мою просьбу и ответить, смогу ли я в ближайшем будущем пополнить ряды адептов славной Академии Кальсота?

О как завернул! Но мои старания не пропали зря. Всякое напряжение из лица ректора мгновенно исчезло без следа, а сам он превратился в добродушного старичка.

— Ай-яй-яй, как нехорошо получилось. А разве вы не знали, что набор в имперские Академии производится только одну десятицу в году и сейчас все места уже заняты?

Вот только внимательные глаза выдавали ректора с головой. Сейчас он составлял мнение обо мне, поэтому так резко сменил тон, проверяя мою реакцию. Теперь главное не переиграть.

— Что, неужели уже ничего нельзя поделать? — преувеличенно огорченно воскликнул я. — Ведь должен же найтись какой-нибудь выход из положения?