Риа меж тем продолжала:
— Мне вовсе не хочется вечность болтаться между мирами. За помощь надо платить.
— Я не просила!
— Хочешь вернуться обратно? — ядовито поинтересовалась она. Я промолчала.
— Заставить тебя нет способов, но… я просто буду приходить каждый раз, как ты уснешь.
— Переживу.
— Хочешь всю оставшуюся жизнь гадать, не сошла ли с ума?
— Привыкну. — Буркнула я.
Она пожала плечами:
— Тогда начинай привыкать. Мне торопиться некуда.
Я выругалась. И проснулась.
3
— Государь, ты просил докладывать обо всех новостях касающихся заговора в Нережской провинции. — Ритан, старший советник склонился в поклоне. — Гонец. Прибыл через портал.
— Настолько срочно? — Тарилл Карн поднял бровь. — Впускай.
Вошедший преклонил колено, протягивая свиток. Король сломал печать, взглянул на строчки.
— Ритан, портал к наместнику, охрану как обычно. Быстро!
Тот кивнул, вылетел за дверь. Король поднялся, подошел к гонцу:
— Кто отдал приказ?
— Государь, — побледнел тот, — я всего лишь вестник. Содержимое писем — не мое дело.
— Хорошо, — согласился король. — Но глаза и уши у тебя есть. Что ты слышал о преступнике, разгромившем тюрьму?
— Немного, государь. Я знаю, что заговорщики облюбовали деревню Лосколь, в неделе пешим ходом от Нережа. Когда граф, под чьей рукой были эти земли, пришел с дружиной, они стали сопротивляться. С боевыми заклинаниями мятежники особо не церемонились — в результате деревня сгорела дотла. Живым взять смогли только одного. Когда пришло время очередного допроса, обнаружили, что вся стража на этаже мертва, а камера пуста. Это все, о чем говорят слухи. Что случилось на самом деле — я не знаю.