Как много дел неслыханно жестоких Придется ей пред мужем совершить По приказанию Демогоргона?.. И, сверх того, он осудил ее, Чтоб восемь лет и день тот роковой Она происхождение скрывала И тайну всех поступков. Верь, Дземина, Проклятие сорвется с уст его, И станет нам она подругой снова!

Дземина.

Но ты ведь знаешь, должен Фаррускад Дать клятву в том, что никогда супругу Не проклянет, и все же вероломно Произнести проклятие. Тогда Керестани останется бессмертной.

Фардзана.

Он клятву даст, но, клятвы не сдержав, Ее он проклянет, и нашей будет Она опять.

Дземина.

Нет, клясться он не станет.

Фардзана.

Увидишь — станет!

Дземина.

Если поклянется, Свою он клятву сдержит.

Фардзана.

Нет, Дземина, Он проклянет ее.

Дземина.

Как ты жестока! Забыла разве страшный приговор, Что будет тяготеть над ней два века? Ведь если он произнесет проклятье, Придется ей прекрасную наружность Сменить на кожу гнусную змеи.

Фардзана.

Все это так, но разве в этом дело? Конечно, ей придется наказаньем Безумное желанье искупить. Но двести лет пройдет; за это время Погибнет дерзновенный Фаррускад И станет вновь она подругой нашей.

Дземина.