Уже давно стихли ее легкие, торопливые шаги, растревоженные ее чихом и хохотом речные птахи снова расселись по местам и завели свои нескончаемые разговоры, все дальше и дальше несла свои воды Быстрица… А эльф все лежал на пологом песчаном берегу и плечи его слегка вздрагивали.
Хэлдар, лорд Лотломиэль, Вольный Лесной Страж, лежал на земле весь мокрый и смеялся, смеялся так легко и весело, как будто снова стал беззаботным ребенком.
-Я очень рад, дядя Хэлдар, что ты все-таки успел на юбилей к барону. Жаль, почти все интересное пропустил; сегодня последний день… Ну ничего, постараемся наверстать.
-Ты ничуть не изменился, Хадор. Все такой же неугомонный и восторженный; и о каком интересе ты говоришь? Как будто не видел я человеческих праздников… Напились, объелись, по кругу потопали – это у них называется танцами, а для полноты картины подрались. Что, разве не так?
-Представь себе, нет. Старик Гэлвин много что умеет, например, подбирать гостей. Суди сам. Первыми прибыли цверги, делегация от кланов Железа, Меди и Серебра.
– Ого…
-Вот именно, в большем составе – со спесивцами из клана Золота – они бывают разве что на королевских свадьбах… Слушай, а почему такая честь старому барону?
-Гэлвин сумел склонить престол Одайна на сторону цвергов в самый тяжелый период их войны с гномами; они уже голодали, всех летучих мышей успели приесть, – а он привел обоз с продовольствием… такое не забывается.
-Это уж точно. Потом явились велигоры – целых четыре штуки, важные такие, ожерелья до пупа, дубинки все в резьбе.
-Это не дубинки, это парадные жезлы старейшин. Боевые дубины в три раза больше.
-Да?!.. Ничего себе… Ну, потом кое-кто из соседей: или такие же старые пройдохи, понимающие толк в увеселениях, или молодые прожигатели батюшкиных денежек. Несколько придворных остолопов с семействами – для смеху, очевидно; какие-то родственники. Как всегда, самыми последними явились наши – я и еще кое-кто из Стражи, Ливайна со свитой поклонников, Геран… слушай, а ты здесь какими судьбами?