Других помощников князь-волхв с собой не звал. Тимофей поспешил за ним.

Утешало одно. Этот путь был открыт Угримом. Значит, его магия имеет здесь преимущество перед вражеской. А уж если к ней присовокупить силу трех Черных Костей. Вряд ли новый противник глуп настолько, чтобы атаковать князя на Тропе.

Однако и самому Угриму, наверное, не стоит пока покидать свою Тропу.

«Куда мы, княже?» На Темных Тропах царит вечная тишина и общаться здесь можно только так — мыслью, а не словом.

«Хочу увидеть сам, — раздалось в голове Тимофея. — Хочу понять. Все хочу понять, до конца».

* * *

Казалось, само Великое Синее Небо-Тэнгри разверзлось над его головой. Грохот, рев, шипение, вой и свист. Огненные молнии, вырвавшиеся из-за башенных зубцов и потянувшие за собой густые дымные шлейфы… Десятки искрящихся, пылающих и дико, словно ночные демоны-мангусы, завывающих огней влетали в черный воронкообразный зев Тропы и исчезали во мраке.

Это было так неожиданно, так громко и так жутко, что Бельгутай едва не выронил зажатый в зубах кинжал и чуть не выпустил веревки, по которым карабкался наверх. К счастью, не произошло ни того ни другого.

А через несколько мгновений все закончилось. Только густой дым, словно облачный мост, клубился между башней и зияющей в воздухе Темной Тропой.

Что это было? Магия?

Бельгутай ощутил знакомый запах.

Или ханьский громовой порошок?

Или магия, смешанная с громовым порошком? А впрочем, неважно! Ему-то какая разница?! Главное для него сейчас — во что бы то ни стало забраться наверх. Оставалось-то уже совсем ничего.

Бельгутай быстро преодолел последний отрезок пути. Перемахнул через крепостные зубцы. Перехватил нож в руку.

Вся башенная площадка была застлана вонючим дымом. Ну точно, здесь не обошлось без громовой смеси.

Нога наткнулась на что-то мягкое. Труп! Невысокий воин с желтым лицом. Стрела в правой глазнице. Рука, вцепившаяся в веревку, один конец которой привязан к каменному зубцу, а другой — тянется к стальным когтям на панцире Бельгутая. Вот, значит, кто поймал его на крючок…