– Раз у меня нет надежды овладеть искусством Пути, значит, мне никогда не стать королем-колдуном, – прорычал Тихиан. – А потому вы мне больше не нужны.

И он сбросил головы вниз.

Но вместо того, чтобы упасть на заросшие мхом деревья у подножия башни, головы просто-напросто повисли в воздухе. Тихиан даже рот открыл от изумления – он никогда не видел, чтобы Сач или Виан когда-нибудь вот так парили. Однако он давно подозревал, что запросто с ними не справиться. Эта парочка не прожила бы тысячу лет, будь она такой беспомощной, какой казалась на первый взгляд.

– Очень забавно, – оскалился Виан.

– Калак схватил бы топор и изрубил нас на куски, – добавил Сач. – Ты недостаточно жесток.

– Ну, это легко поправимо, – предупредил Тихиан.

– Сомневаюсь, – фыркнул Виан. – Ты трус по натуре.

И прежде, чем Тихиан успел что-либо ответить, Сач добавил:

– Ты правишь Тиром уже шесть месяцев, а сокровищница Золотой Башни все еще пуста. Даже когда вы убили Калака, золота в ней было больше.

На это Тихиан ничего не мог возразить. Он повернулся и взглянул в сторону суматошных торговых рядов. Сейчас, когда вновь открылся железный рудник, в Тире опять закипела деловая жизнь. Однако Собрание Советников направляло каждый грош караванного сбора на нужды нищих ферм, окружавших город. Несомненно – это дело рук Агиса, как и все, что помогало деньгам уплывать из королевской казны.

– Убей его, – предложил Виан, прочитав мысли короля.

Но не давняя дружба с Агисом заставила Тихиана отрицательно покачать головой.

– Только хуже будет, – прорычал он. – Мы и глазом не успеем моргнуть, как его место займут Рикус, Ниива и Садира. Аристократ-идеалист – это плохо, но невесть что возомнившие о себе рабы…

– Убей всех четверых, – предложил Виан.

– Можно подумать, это так легко! – воскликнул Тихиан. – Пол-Тира видело, каждый нищий в Тире знает, что Рикус ранил Калака, а Агис и остальные довершили дело. Да если я их хоть пальцем трону, город просто-напросто взбунтуется.