– Простите?

– Я сказал, вы опоздали.

Стюардесса подана Тени стакан пива.

На мгновение Тени подумалось, не сумасшедший ли его сосед, но потом он решил, что тот, наверное, говорит о рейсе, который задержали из-за одного-единственного пассажира.

– Простите, если я вас задержал, – сказал он. – Вы спешите?

Самолет медленно отъехал от терминала. Вернулась стюардесса и забрала у Тени пиво. Бородач в светлом костюме только ухмыльнулся:

– Не беспокойтесь, уж я его не выпушу.

И она оставила соседу Тени стакан с «джеком дэниэлсом», хотя и запротестовала слабо, что это нарушение правил полета авиалинии («Позвольте мне судить об этом, дорогая»).

– Время, разумеется, существенно, – сказал незнакомец. – Но не в этом дело. Я просто тревожился, что вы опоздаете на самолет.

– Вы очень добры.

Самолет беспокойно стоял на земле с работающими турбинами – словно ему не терпелось взлететь.

– Добр я, как же, – отозвался бородач. – У меня есть для тебя работенка, Тень.

Турбины взревели. Самолетик рванулся вперед, Тень вдавило в спинку сиденья. И вот они уже поднялись в воздух, и огни аэропорта стали исчезать внизу. Тень поглядел на своего соседа.

Волосы у него были рыжевато-седые, борода, скорее многодневная щетина – седовато-рыжая. Решительное лицо с резкими чертами, светло-голубые глаза. Дорогой на вид костюм цвета растаявшего ванильного мороженого. Темно-серый шелковый галстук, заколотый затейливой булавкой, напоминавшей деревце в миниатюре: ствол, сучья и длинные корни – все из серебра.

Во время взлета он так и держал свой стакан «джека дэниэлс», из которого не пролил ни капли.

– Ты не собираешься спросить меня, какая? – поинтересовался он.

– Откуда вы знаете, кто я?

– Проще простого узнать, как люди себя называют, – хмыкнул незнакомец. – Немного размышлений, немного везенья, немного памяти. Спроси меня, что за работа.