Она летела на полной скорости — она любила быстрый лет, хотя и рисковала обморозить при этом свои румяные щечки. Вот внизу уже зачернели кварталы Университетского городка и загорелись огни Бычьего Брода, сложившись в знакомые ей сочетания. Она сделала круг над крышей своего погруженного в темноту дома и приметила отходящую от порога цепочку следов. Она скатала мячик из света своей брошки и бросила его вниз. Крошечная искорка, коснувшись снега, бодро заскакала по оставленному Александром Оксенфордом и тянущемуся к ближайшей лесной опушке следу. Таким образом Сэсс могла преследовать его, не снижая полета. Было бы крайне губительно для ее репутации, если бы кто-то из респектабельных соседей увидел ее в столь поздний час одну на улице… не говоря уже о помеле. Однако в лесу ей пришлось снизиться и сбросить скорость: метла петляла меж тяжелыми заснеженными елями, следуя за неутомимым мячиком.

След оборвался на широкой поляне, похожей на выжженную прогалину. Но это всего лишь начисто стаял снег. Еще бы — здесь, послушный зову свистка, приземлялся огнедышащий дракон с раскаленным брюхом. И было это — Сэсс потянула воздух ноздрями — совсем недавно. Стойкий запах нагретого металла все еще висел над полянкой. Из полученных урывками магических знаний Сэсс помнила, что движущееся инородное тело оставляет за собой след в ткани реальности. Дракон — волшебное существо — без сомнения был инородным телом в этой реальности. Взмыв в небо, она сделала несколько кругов над поляной, пока не уловила дыхание одного из воздушных потоков — оно было горячим, жарким, как ветер в дневной пустыне. Конечно, каждое волшебное существо должно оставлять специфический след: за баньши — привидением-плакальщицей — тянулась бы, к примеру, полоса промозглой могильной сырости, но она-то собиралась преследовать дракона.

— Нам сюда, — она шлепнула помело рукой в месте, соответствующем лошадиному крупу. — Может быть, — прошептала она, — я делаю глупость, и она приведет к печальным или даже катастрофическим последствиям. Но если я не сделаю это, я буду до конца дней жалеть о том, что его приключение прошло мимо меня. И что кто-то другой мог разделить его с ним.