– Не за что. – Полина решила не вдаваться в подробности и не выдавать бедную Моню. – У меня есть еще один сюрприз!

– Какой?

– Раз, два, три! Елочка гори! – Тетушка Поли жестом фокусника достала из-за кресла бутылку шампанского.

“Так вот почему она так долго возилась: бутылку прятала. Тоже мне факир-самоучка”, – пронеслось в голове у Вики.

– Пошли на кухню. Где у тебя фужеры? – командовала меж тем тетушка Поли.

– Полина, а тебе не кажется, что мы рано отмечать начинаем? И потом, ты же вроде не пьешь?

– Ничего не рано. В самый раз. Ты же через час уже в свой ресторан умотаешь, так когда мы с тобой сможем выпить за Новый год? А про “не пьешь” ты права. Это первый Новый год из последних четырех, когда я могу позволить себе выпить бокал шампанского! То я была беременная, то кормила, то опять беременная, то снова кормила. Представляешь?

– Не представляю. Полин, давай завтра, а? Я сегодня ничего не ела, меня же с шампанского развезет в два счета.

– И не проси! “А не то как зарычу, говорит, налечу и проглочу, говорит”. Вика, ну никто же не собирается напиваться. Давай, уважь маму Полю. – Полина уже достала из кухонного шкафчика бокалы и принялась с энтузиазмом сдирать с пластмассовой бутылочной пробки золотую фольгу.

Вика поняла, что сопротивляться бешеному напору тетушки Поли не в ее сегодняшних силах.

– Учти, что закусывать у меня нечем.

– Извини, я не сообразила что-нибудь из дома прихватить. Теперь возвращаться нельзя, дети и так еле-еле меня отпустили. Ненадолго.

“Слава богу, что ненадолго”, – подумала Вика, а вслух сказала:

– За Новый год! – и подняла бокал.

– Нет, подожди! Первый тост – за знакомство! Я так рада, что в этом году ты стала моей соседкой.

Вика подумала, что действительно вот так незаметно и прошел почти год с тех пор, как хозяин ее предыдущей квартиры поругался с женой и дочкой и попросил Вику освободить помещение.