— Лодик, сколько раз я просил, не называй меня эр. В твоем саду замечательно дышится, и чай ты завариваешь замечательный.

— Спасибо. Все, что мне остается, это пить чай и слушать пение цикад по вечерам.

— Это не так плохо. Ты не находишь?

Лодик неопределенно пожал плечами, что можно было понять и как согласие и как нежелание спорить.

— Вот скажи мне, как ты умудряешься оставаться в курсе самых последних новостей, если слушаешь лишь пение цикад?

Арт прищурился, хитро улыбаясь, и Лодик рассмеялся, поняв что его нехитрая игра для гостя не секрет. Впрочем, он и не делал секрета из своей осведомленности о последних столичных новостях.

— Слухами земля полнится.

— И что нового слышно?

— Тайная стража перевернула полгорода. Ищут какого-то самозванца, — Лодик вдруг стал необычно серьезен. — Арт, ты был неосторожен. О твоем возвращении в столицу говорят уже несколько дней.

— Пустое, дружище. Людям нужны темы для разговора. Ты уверен, что ищут именно меня?

— Вот, — хозяин дома протянул своему гостю выполненный на скорую руку, но вполне узнаваемый портрет. — Если сомневаешься в сходстве, посмотри в зеркало.

— А что, — Арт отодвинул портрет на вытянутые руки, внимательно рассматривая его, — в тайной страже неплохие художники.

— Сыщики там тоже неплохие.

— Если ты хочешь, я съеду прямо сегодня, — предложил гость.

— За кого ты меня принимаешь?! Я беспокоюсь о тебе.

— А твоя племянница?

— Тайда? Сегодня же я отправлю ее к родственникам в провинцию.

Арт с сомнением покачал головой. Хотя отослать Тайду в провинцию, было хорошей идеей. Ее жгучие взоры и томные вздохи не оставались для Арта не замеченными, хотя он пытался создать именно такое впечатление, не желая давать девушке ложную надежду.

Увы, ее взгляды не трогали его чувства. Поселившаяся в душе тоска, лишь приглушенная со временем не оставляла места для любви. Заводить же интрижку с племянницей своего старого друга, Арт считал недостойным.