Я резко перевожу взгляд с бегущего Рыка на дорогу. Так и думал. Маг, среагировав на движение орка, запускает шар в него.

— Ры-ы-ык! Ложиись! — ору что есть силы, и добавляю уже шёпотом. — Твою умную мать, придурок.

Слава богам, до ушей орка мой крик доносится, и он прямо на бегу валится мордой вниз, но шар проходит от его спины так близко, что в следующий миг он начинает кататься по земле, дико вопя от боли. Догеройствовался — зло выдыхаю я, но выдох этот тонет в гуле от ударившегося в землю, метрах в десяти от вопящего Рыка, шара. Вверх тут же взлетают комья земли вместе с луговой травою, словно от взрыва гранаты. Хорошо что это в самом деле не осколочная граната, иначе превратился бы наш орк в огромный дуршлаг без ручки.

Пользуясь тем, что маг на какое-то время безоружен, бросаюсь к эльфийке, чуть ли не в прямой угол наклонившись вперёд. Чёртов маг замечает моё передвижение и уже спешно готовит следующий шар. Я не отрывая от него глаз, падаю рядом с Элей, и несмотря на разгар битвы, всё же не без наслаждения вдыхаю запах её волос, похожий чем-то на запах ночных фиалок. Природа, как ни крути, поверх страха и разума прёт окаянная. Но теперь и вправду не время, торможу свои желания и мечты, а за одно и Элю, которая пытается встать, чтобы выстрелить из лука. Она уже как-то умудрилась в положении лёжа натянуть на него тетиву, и достав из колчана стрелу, изготовилась к стрельбе.

— Бесполезно, — говорю я, удерживая её за хрупкое плечико (и как она только стреляет из лука у которого сила натяжения тетивы тридцать кило?), и начинаю торопливо объяснять мою задумку. Эля к удивлению врубается с полуслова.