Ещё из окна нашего офиса я увидел, что на улице, всего за десять минут до конца рабочего дня, начался дождь. Ну, как нашего? Нашим называть его мне ещё ой-как рановато было. Проработал я в нём всего два дня, стажируясь у смывающегося отсюда сисадмина Костика. Уходил Костик из-за маленькой зарплаты, но это и понятно, проработал три года за восемь тыщ окладу, заимел запись в трудовой, и теперь на жирные хлеба. Офис этот муниципальный, принадлежит «Почте России», и о больших зарплатах здесь даже шёпотом говорить не принято.

Ну, а я, с треском и шумом вылетел с третьего курса универа, благо с правом восстановления на следующий год, и передо мной тут же, как на дрожжах, выросла насущная проблема, чем набивать свой животик, который зараза без пищи никак не мог обойтись. Ну, и на девушек, само собой, требовались деньжата. Предки кормить меня в период лёжки, которую я поначалу решил организовать до самого момента восстановления, отказались, единственно одарив меня тысячей рублей положенных на телефон, чтобы я смог вволю назвониться работодателям. Но без опыта на хорошую работу брать меня никто не собирался, потому я и оказался очередной жертвой обстоятельств и Российского почтамта.