Савн заметил его первым, и если уж на то пошло, именно он первым увидел Предвестников. Предвестники вели себя так, как и положено Предвестникам: сначала их никто не узнал. Савн сказал своей сестре Полинис:

– Лето уже почти закончилось, джареги начали спариваться.

– Какие джареги, Савн? – спросила сестра.

– Вон там, на крыше дома Тэма.

– О, я их вижу. Может быть, они соединились навсегда. У джарегов так бывает.

– Да, и у людей с Востока, – заявил Савн, исключительно для того, чтобы продемонстрировать свою осведомленность.

Поли уже исполнилось восемьдесят, и она начала понимать, что ее брат знает далеко не все, а он никак не мог привыкнуть к этой мысли.

Поли ничего не ответила, и Савн бросил последний взгляд на джарегов. Самка была крупнее, и ее окраска, по мере того как лето уступало место осени, становилась темно-коричневой. Савн догадывался, что весной самец будет зеленым или серым, а самка посветлеет. Он еще немного понаблюдал за тем, как они ждут, пока кто-нибудь умрет. Затем джареги взлетели, сделали круг над домом Тэма и умчались на юго-восток.