Владеющие могучей магией, вооруженные техникой, что иногда ничуть не уступала по своим возможностям самому изощренному волшебству, располагающие знаниями целой цивилизации, достижения которой трудно даже осмыслить, они были глубоко несчастливы. Ибо не может быть счастлив беглец, навсегда лишенный родины.

Атлантиды – блистательной, мудрой, великолепной Империи Атлантиды более не существовало. Жестокой, беспощадной, жадной Атлантиды. Вместе с ней исчезло многое другое – планеты, звезды… беглецы не знали ни истинной причины, ни масштабов коллапса.

Казалось бы, ничто не предвещало беды. Напротив, великое открытие – создание портала в иные миры – открывало перед Империей невероятные перспективы. Поначалу ученые осторожничали, отправляя в чужие пространства лишь разведчиков – но время показало, что атлантам нечего бояться. Их мощь могла сломить любое сопротивление… Перед учеными была поставлена новая задача – и задачу эту они решили. Разработанная теория большого портала – в отличие от малого, основанного исключительно на технологии – оперировала мощными силовыми полями и магическими потоками и была, в известной степени, небезопасна. Зато через большой портал можно было провести не одного-двух человек, а целую армию.

И Атлантида начала стремительную экспансию. Не только в оружии, не только в многочисленности армий была их сила – властители Империи, Архонты, владели особой магией, умея подчинять людей своей воле, заставляя следовать любым своим желаниям. Десятки лет агрессоры грабили иные пространства, доставляя в Империю невероятные богатства, диковинных животных, редкие ископаемые… В обиход снова вернулось рабство – почти все обитатели миров, куда приходили Имперские войска, оказались неспособными противостоять магии подчинения, а те немногие, кто от рождения обладал даром иммунитета к пси-воздействию атлантов, уничтожались безо всякой жалости. Уничтожались и все их кровные родственники, дабы даже шанса не оставалось опасной способности возродиться в последующих поколениях. Поток рабов все ширился – идеальных рабов, довольных своей жизнью, не помышляющих не то что о восстании, а даже о тени непослушания.