Спустя многие годы, Куай-Гон утверждал, что он никогда не возьмет другого ученика, и то, что он в конечном счете сделал, было заслугой Оби-Вана. Но вскоре после того, как Оби-Ван стал падаваном Куай-Гона, Ксанатос снова появился, решив отомстить своему прежнему учителю, и, в итоге, почти разрушив Храм джедаев. Оби-Ван и Куай-Гон догнали Ксанатоса на Телосе IV, но не смогли остановить темного джедая от преднамеренного сведения счетов со своей жизнью – от прыжка в кипящий черный пруд кислоты.

– Ксанатос не был вашей ошибкой, – выпалил Оби-Ван, не подумав. Куай-Гон не ответил на его мнение, и он почувствовал, что его лицо краснеет.

– Возможно, ты прав, – ответил Куай-Гон. – Но все-таки, я был в ответе за Ксанатоса. Он также был моим другом.

Оби-Ван ничего не ответил. Он стал воспринимать Ксанатоса как воплощение зла и с трудом мог поверить, что он мог быть кому-то другом.

Оби-Ван чувствовал себя немного уязвленным. Путешествие на Илум было важно для него, и он не ожидал, что мысли его учителя переключатся на Ксанатоса. Ему хотелось, чтобы память Куай-Гона о неудавшемся ученике растворилась вместе с самим Ксанатосом на Телосе IV, но он сразу же похоронил эту мысль и выкинул ее из головы. Мысли о подобном могла только привести к темной стороне – Оби-Вану не нужно было, чтобы Мастер Йода, Куай-Гон или кто-нибудь еще напоминали ему об этом.

Куай-Гон вздохнул.

– Ты сегодня усердно работал, и я сожалею, что позволил прервать тебя неприятным мыслям. Прости меня, Оби-Ван.

Просьба учителя о прощении застал Оби-Вана врасплох. Хотя он не был уверен, стоит ли говорить, но сказал: