— Меня-то здесь обманули, не дали подарка, и вас тоже надуют!

— Иди, малышка, домой, — с неискренней лаской вздохнул Гробиц — и объяснил посетителям, чтобы у тех не сложилось представления, будто он никак не может от нее отделаться: — Извините, она с улицы забежала погреться, не выгонять же.

Выслушали, но не отреагировали: их это не касается. Они пришли сюда, чтобы на деньги, выданные господином, купить для его шикарной пассии приличествующее случаю украшение, и задача Гробица — добиться, чтобы эти деньги перекочевали к нему в кассу. Не обращать внимания на маленькую дрянь с бантами-мухоморами, словно ее тут нет. И не забыть на прощание вручить подарки: даме булавку с радужными стразами, молодым людям по брелку. Расход небольшой, а у них останутся приятные воспоминания о посещении магазина.

— Мне понравилась «Улыбка рассвета», — обронил тот, что помоложе. — Бранд, как думаешь, пойдет мне, а?

— Давай, перебьешься пока без диадемы, — ухмыльнулся старший. — Мы сейчас Эфре браслет покупаем, а не тебе новую цацку.

— Жемчуг из другого измерения, натуральный океанский, — сообщил Гробиц, решив, что стоит подогреть интерес к диадеме хотя бы с расчетом на перспективу. — У вас отличный вкус…

— А мне она тоже понравилась! — радостно завопила девчонка. — Рубины красненькие красивенькие такие, ага? Это настоящие рубины или стеклянные? Я тоже такую хочу, и вот это хочу, и вон то с серебряными висячками…

— Пошла вон! — срываясь на фальцет, крикнул Гробиц. — Понаехало вас, бегаете везде, людей пугаете! Прошу прощения, господа, но я не знаю, как еще с ней разговаривать…

Улыбнувшись, юноша сунул руку в карман стеганой куртки с меховой подкладкой и вытащил глянцевую фиолетово-золотую плитку.

— На тебе — и брысь домой.

— А нельзя брать шоколадки у незнакомых… — алчно уставившись на угощение, пробормотала девчонка.