- Стрельцова, - ответила она, вставая.

- Фамилий не надо, - предложил я. - По фамилиям скучно. Давайте только имена.

- Зина, - сказала Стрельцова и села.

- А меня Наташа, - сказала ее соседка.

У этой Наташи были круглые глаза, как пятаки, и эти пятаки не отрываясь следили за мной.

- У нас две Наташи! И обе дуры! - выкрикнул какой-то острослов с последней парты.

Мальчишки засмеялись, а Наташа захлопала своими пятаками. Видно собираясь разреветься.

Я направился к этому острослову. Я угрожающе приближался к нему.

В классе стало тихо.

- Тебя как зовут? - спросил я.

- Генка, - ответил он.

- А сколько у вас Генок?

- Трое.

- Надеюсь, не все такие умные?

Ребята засмеялись, и острослов Генка тоже. А Наташа уставила на меня свои пятаки и сказала:

- Нет, только этот... Костиков.

- Значит, ты Генка Костиков? - Я немного повеселел и спросил соседнего мальчишку: - А ты?

Мальчишка встал и, сильно смущаясь и краснея, прошептал что-то неразборчиво.

- Громче, - попросил я.

- Толя! - вместо него выкрикнул Генка. - Он у нас трус. Как девчонка.

- Тихо, тихо, - сказал я. - Храбрость дело наживное. Садись, Толя. - И повернулся к классу: - Продолжим знакомство...

И тут со всех сторон защелкало, как горох:

- Лена!

- Лена!

- Гена!

- Саша!

Они вскакивали и садились, как оловянные солдатики.

- Сима!

- Коля!

- Леша!

- Шура!

Сначала я пытался запомнить имена ребят и их лица, даже пальцы загибал, но вскоре понял всю тщетность этой затеи.

У меня от них голова пошла кругом. Они были ужасно одинаковые, эти первоклашки. Все в форме. Все с белыми воротничками. Девочки - с косичками. Мальчишки - с челками. Да еще одно имя на двоих или троих.

- Довольно! - решительно прервал я этот поток имен. - На первый раз достаточно. Хватит!