В сущности, это было чистой правдой о чем Даэрос и заявил. А вот заподозрить, что эта милая девица не только побывала за Пределом, но еще и умеет читать за-Предельные письмена, никому и в голову не придет. Ар Ктэль был уверен, что план сработает. На крайний случай, если вдруг коварные Оплодотворительницы не заинтересуются очень осведомленной в их деятельности Пелли, Даэрос предложил их заинтересовать. В качестве интересного со всех сторон объекта Полутемный предложил себя. Пусть эти женщины не допускают в орден мужчин, но он во-первых — эльф, во-вторых — эльф уникальный. То, что у него есть не менее уникальная Полусветлая сестра, а у Повелителя Амалироса такие же Полусветлые близнецы, Сестры знать никак не могут, а значит должны проявить интерес: считает же его Воительница Вайола "ценным экземпляром". Это дополнение к плану очень не понравилось Инэльдэ. Она заявила, что рождение Даэроса было до некоторых пор политически невозможным, а вовсе не физически невероятным, как в случае с Вайолой. К тому же, попадись им эльф для изучения, изучать-то они его будут только на предмет возможного потомства. Дело чуть не дошло до крупной ссоры, и Даэроса решили для изучения не предлагать. Но Полутемный был уверен, что что-то такое же невероятное как айшаки и Вайола необходимо иметь про запас. Живого невероятного и удивительного не было и не предвиделось. Зато нашлось неживое. Рассказ о страшном существе, подкрепленный изображением вполне мог подойти. Эту идею подал Аэрлис, сразу после того как увидел портрет Жры, написанный Сульсом.

Оружейник нофера Руалона считал себя художником. В этом сомневались все, кто видел его творения, но он сам был уверен, что имеет талант к живописи. Пока Сульс изобретал драконов, ваяя страшные чучела из бывших выползней, Темные не подозревали, насколько страшен дар Сульса. Некоторые наивные ожидали, что как только у художника появится свободное от драконов время, он напишет чей-нибудь портрет. Даэрос решил не рисковать и приказал Оружейнику начать с портрета Черного Властелина.