— Да, ей нужен ты.

«Тебе не будет больно, просто не сопротивляйся мне».

— Не буду…

…С тех пор сознание Сэма стало засыпать. Погружалось в оцепенение.

Он подолгу сидел в кресле, не двигаясь, и следил за переменами, происходящими с его телом. Вроде бы плечи стали шире. И, похоже, смуглее кожа…

Сэму было все равно.

Самое главное — она была довольна. Ее глаза светились счастьем. Вечерами она устраивалась рядом и, ласково перебирая его волосы, говорила о чем-то. Но о чем? Его разум уже не улавливал ее слова. Да и зачем? Ведь говорила она не ему…

Это становилось даже интересным. На улице пошел дождь. Сэм открыл глаза, посмотрел в окно и не узнал своего отражения в стекле. Казалось, его волосы долго выгорали на солнце, неуловимо изменилось выражение лица. Он стал другим. Или это по стеклу течет вода, искажая изображение?

«Вот и все, приятель. Теперь ты — это я. А двоих в одном теле быть не может, ты же понимаешь».

Сэм понимал.

Часы скрипнули и пробили семь. Когда стих последний удар, на лестнице послышались шаги, щелкнул замок.

Она вошла в комнату.

Сэм повернулся навстречу. В последней вспышке сознания увидел мокрые волнистые волосы, смеющиеся глаза, руку, со сжатой в ней перчаткой, услышал восхищенный вскрик. Такой он запомнит ее навсегда, если сможет помнить…

«Прощай, любовь моя! Постарайся быть счастливой».