Ортокс, почувствовав горлом холод острого металла, и сам сообразил, что маленько перестарался. Но унывать не стоило: окружившее спорщиков войско оперативно расступилось и выпустило на поле брани огромный танк. Тот лихо подкатил и вплотную приблизил к голове Кащея широкий ствол.

– Вот так вплотную и выстрелите? – Кащей вдохнул и дунул в ствол. Толстый слой пыли вырвался наружу плотным облачком. Не иначе, танки прикатили прямиком из местного военного музея. Один выстрел – и если пушку не разнесет ко всем чертям вместе с танком, то к ним разнесет стоявших позади Кащея воинов.

– Твое последнее слово, Ортокс! – объявил он. – Видишь, сколько всего на меня нацелено. Уверен, что и тебе достанется кусочек от пирога.

– Хорошо. – Ортокс медленно поднял руки. – Не хочешь миром, тогда я выпущу тяжелую артиллерию: либо ты сдаешься, либо Иванушка мучительно не доживает до двенадцати лет. Намек понятен?

Глаза Трезора опасно сверкнули.

– Считаю до трех! – Ортокс ограничил время на раздумья.

Кащей скривился:

– Больше не знаешь?!

– Знаю!!! – занервничал Ортокс.

– Так сосчитай!!! – ласковым тоном, как учительница просит смущающегося первоклашку, предложил Кащей. – Хотя бы до десяти, туда и обратно!

– ДВА!!! – вскипел Ортокс. – Жизнь мальчишки висит на тонюсеньком волоске!

Кащей поглядел в глаза колдуна, тот поводил бровями вверх-вниз, намекая на свою безоговорочную победу. Воины не делали резких движений, но опускать автоматы не планировали.

– Знаешь, – сказал он, – воины не используют детей в качестве щита.

– До лампочки! Его жизнь стоит меньше твоих сокровищ!

– А счет начинается с единицы…

– Почти ТРИ! – напомнил колдун. – Твое решение?