Ирв с мрачным усердием продолжал крутить педали, пока звонок таймера не возвестил об окончании сеанса тренировки. Затем он вытерся полотенцем, освободился от прикреплявшего его к седлу ремня и, оттолкнувшись ногами от педалей, покинул крошечную тренажерную кабину.

Продвигаясь по короткому коридору, он на секунду задержался и раздвинул занавес одной из трех спальных кают. Внутри, при тусклом красноватом свете ночника, спала его жена, Сара, надежно привязанная ремнями к поролоновому матрасу. Ирв улыбнулся и направился в рубку.

Патриция и Фрэнк Маркары не отрывали глаз от монитора. Минерва проплывала внизу со скоростью 19, 000 миль в час. Судя по выражению лиц Пэт и Фрэнка, им не терпелось как можно скорее опуститься на планету и приступить к работе. Она занималась биологией, он — геологией.

Экран монитора показывал бескрайний ландшафт, покрытый льдом. Ничего странного — каждая из полярных шапок Минервы по размеру достигала почти половины экватора: северная чуть больше, южная чуть меньше. Планета выглядела настолько холодной и таящей в себе смутную угрозу, что обычно при одном взгляде на нее Ирва пробирала дрожь.

Обычно, но не сейчас. В данный момент «Афина» огибала южную полярную шапку с севера. Сквозь облачный покров Ирв разглядел одно из глубоких и длинных ущелий, по которым с наступлением минервитянской весны должны были устремиться к морям и озерам южных тропиков ледниковые воды.

— Я бы не отказался от душа, — негромко пробормотал Ирв, — даже если он окажется таким же холодным, как эти глыбины.

Пэт Маркар уныло кивнула.

— Мне до смерти надоел этот чертов дезинфектант вместо воды, — призналась она. — Противно, когда от тебя пахнет лазаретом. Я уже не говорю о стрижке…

На Земле Пэт носила длинные волосы, ниспадающие светлым вьющимся водопадом почти до пояса, и чуть ли не ежедневно сокрушалась об их утрате с того момента, как «Афина» покинула американскую космическую станцию.