–Ты защищаешь Рогвальда? – с внезапным интересом спросил царэг. – Разве не по его приказу тебя искалечили?

Закрыть глаза, глубоко вздохнуть… За восемь лет можно привыкнуть ко многому. Даже к той лжи, которую сейчас скажу.

–Я заслужил кару. Нойон Рогвальд был милостив, по его приказу и мне, и всем пленённым грифонам нашей дивизии сохранили жизнь.

–Жизнь бескрылого червяка… – проворчал серебряный дракон. Я стиснул когти.

–Даже такая жизнь лучше, чем смерть. Крылья отрубили только мне и командирам эскадрилий, остальных пленных пощадили. Нойон Рогвальд проявил великую милость. Глаза Мелика ещё сильнее сузились. Несколько секунд он молча смотрел мне в лицо.

–Ты не похож на сломленного врага, – медленно произнёс царэг. – Скорее, ты похож на затаившегося зверя, кроткого лишь до тех пор, пока его шея чувствует ошейник хозяина.

Сердце замерло. Миг – и всё прошло; остался лишь след в душе и тонкая боль в изуродованных плечах.

–При всём желании, – тихо сказал я, – Грифон Кайт больше не представляет опасности Орде. Кто пойдёт за вождём, неспособным летать? Я покачал головой.

–В моей жизни уже была роковая ошибка. Достаточно. Царэг усмехнулся.

–Я прибыл не за раскаянием, грифон. Сын твоего брата, бывший командир крыла Крафт Кек'Хакар, как ты знаешь, отказался сложить оружие после капитуляции Элирании. Он улетел в горы, собрал партизанский отряд и причинил нам много хлопот за последние годы. Пять дней назад его шайка угодила в засаду; было убито несколько грифонов, захвачено живьём два десятка. Включая и самого Крафта, почти невредимого. Что скажешь, пернатый?

Сердце гулко ударилось о рёбра.

–Это ошибка, – мне почти удалось ответить спокойно. – Мой племянник давно мёртв, погиб при осаде Редбурга…