- А вечерние поют: «Убей утреннего», - явно желая поддразнить, обронил кто-то из абордажной команды.
Песенка оборвалась. Подросток уставился на говорящего, потом - испуганно - на Ити-Тараи.
- Прямая передача с базы! - звонко доложил связист.
- Прими, - буркнул Сехеи и, в последний раз взглянув на дельтаплан, перешел на палубу малого корпуса. Что-то не нравилось ему небо на севере. Похоже, приближался шторм...
Напряженно всматриваясь в слабые вспышки далекого гелиографа, связист вывязывал узлы. Сехеи, прищурясь, встал рядом.
База передавала обычным кодом. Что-то там случилось... Источник! Этого еще не хватало...
- Дай-ка, - хмурясь, сказал Сехеи и взял из рук связиста шнур. Так... Узлы лаконично сообщали, что за время отсутствия стратега его Правая рука отстранил от командования его Левую руку. О чем и докладывал - сухо, не вдаваясь в подробности и не называя причин.
Сехеи медленно скомкал и сжал шнур в кулаке.
- Передай! Приказываю: до моего возвращения...
Договорить ему не дали.
- Цель! - раздался отчаянно-веселый крик со скрещения Л-образной мачты.
Сехеи вскинул голову. Воины в считанные секунды разобрались по номерам. Циновки с палубы были сорваны, и она предстала в боевой наготе - вся в лишаях от концентрированного соляного раствора. Грозно развернулись ракетные установки.
- Четверть вправо от курса! - продолжал выкрикивать наблюдатель. - Идет на нас без отклонений!..
Когда Сехеи добрался до огневой площадки, там уже стоял Хромой. На боку его чуть пониже ребер и совсем рядом с ожогом красовалась свежая, еще кровоточащая татуировка - знак отличия за сегодняшнюю разведку.