– Какие ямки? Зачем ямки? – заволновался тип. – Я за тобой пришел.

За мной? Интересно. Это что, киднеппинг?

– А ты кто?

– Я Алим Хусейн ибн Хурды–Торнум! Младший преподаватель.

Ого! Вот это загнул. Стоп! Кажется, кто–то назвал меня диким?

– Так вот. Меня зовут Коля, а не Колья! А что касается дикого, то неизвестно еще, кто из нас дикий.

– Э–э–э! – протянул этот Алим. – Пока не зарегистрирован – дикий! Вставай!

– Куда вставай! Я же только заснул! – Я повернулся к стене с твердым намерением еще подремать пару часиков.

– Ну сам виноват! – услышал я его вздох.

Кровать, которая была столь надежна и мила моему телу, исчезла. Вернее, исчезла не кровать, а мое тело перестало ее ощущать. Я открыл глаза. Кровать вместе со стеной вдруг резко уехала в сторону, и я завис над полом. Края одеяла свисали по бокам.

– Эй! Ты что это делаешь, а? – завопил я, зажмуривая глаза и с обмиранием ожидая неминуемого падения на пол.

– Опустить? А?

Я приоткрыл один глаз и осмотрелся. Нет. Вишу, или висю. Короче, завис. Кажется, надо мной издеваются?

– Положи, где взял! – потребовал я.

– Э! Зачем кричать? Опусти ножки на пол, да!

Свирепея, я последовал указанию этого типа. Опустил ноги на холодный пол. Одеяло соскользнуло на него же. Покачнулся, но равновесие удержал! Алим Хусейн ибн кто–то откровенно скалился, довольный своей шуткой.

– Справился, да? А если я тебя сейчас пульсаром шарахну? – разозлился я. Поставил руки одну над другой. А смогу ли?

– Э! Пульсаром не надо! – Алим сделал какой–то жест. Вокруг него вспухло светло–зеленое прозрачное облачко и растаяло. Интересно.

– Защитный экран? – с деловым видом поинтересовался я.

– Защитный кокон, – поправил меня Алим. – Защитный экран – плоский, а кокон – объемный. Давай, Коля, собирайся. Действительно, нам надо уже идти.