– Не мешайте процессу! – последовало сердитое замечание. – Это не писать! – бросил дядька перу. Перо со скрипом зачеркнуло что–то на бумаге. Это что, свободу слова давят? Гады!

– Уровень Дара… – тут дядька начал особенно внимательно в меня всматриваться, – четыре.

Да он же не прав! Что было сказано во время моего пленения?

– Эй! А Викентий Анатольевич сказал, что у меня уровень два! – возмутился я.

– Не может быть два, если кристалл показывает четыре, – заявил дядька.

– Не волнуйся, Коля, – успокоил меня Алим. – У тебя это был спонтанный выброс силы, а при этом уровень может существенно подниматься.

– Зарегистрирован Кущиевской районной регистрацией, – торжественно закончил дядька, повернулся к пюпитру, выдернул верхний лист и бегло начал его прочитывать. – Экземпляр на бланке вчистовую! – приказал он перу. Перо снова зашуршало над новым листом, который вылетел из лотка и лег на пюпитр. Выхватив новый лист, дядька шагнул ко мне. Перо облегченно шмякнулось в чернильницу. – Протяни правую руку над листом, – потребовал он.

– А нужно? – поинтересовался я. Что–то не хотелось мне протягивать руку.

– Нужно! – категорически заявил этот местный бюрократ.

Я вытянул руку. С листа поднялся зеленоватый дымок и… втянулся в мою ладонь.

– Вы зарегистрированы, – торжественно провозгласил дядька. – Про ответственность за нарушения можете ознакомиться в отделе «Регистрации нарушений».

Этот тип утратил к нам интерес, спрятал листок в папочку, чистовой экземпляр отдал мне и снова уселся за стол.

Алим облегченно вздохнул и направился к выходу. Я, чуть помедлив, рассматривая ладонь, последовал за ним. Ладонь моя. Изменений не замечено, новых ощущений тоже.

– А теперь куда? – поинтересовался я, выйдя на дорожку.

– Теперь в Школу, – решительно заявил Алим.