— Да чего ты прицепился к этой девчонке! — покровительственно поучал младшего товарища на целых полгода старший юнец. — Других нет, что ли? Вон, вчера Матика спрашивала, придешь ты к ней на день Оберегателя или нет. Красивая, фигуристая, отец за нее хорошее приданое обещал — чего еще надо?

— Выходит, надо.

Хвостатый наблюдатель зевнул, блеснув клыками. Алвин постоянно крутился вблизи дома Сантэл, пользуясь мало-мальским поводом издалека повидать объект своих ночных грез. Очень романтично и совершенно бесперспективно. Девушка принадлежала к одной из богатейших семей города и могла рассчитывать на более выгодную партию, чем сын младшего писца. Фаратха хотел выдать дочь замуж за обедневшего аристократа, такие браки в последнее время случались все чаще. Парень и сам понимал, насколько глупо поступает, но поделать ничего не мог. Недавнее падение статуса семьи Сантэл подстегнуло его безосновательные надежды.

— Наплюй, — продолжал убеждать приятель Алвина. — Она о тебе даже не знает.

— Знает. Я к ним в дом на работу пристроился, помощником приказчика.

"Дело хорошее, — дернул ухом Черныш, — правильное. Наверняка отец пристроил. В шестнадцать лет как раз пора начинать работать всерьез и получать хорошие деньги. Грамотные люди всегда в цене". Тем временем пылкий влюбленный продолжал распинаться о своих успехах:

— Меня сначала думали определить счетоводом, только место оказалось занятым. Господин Бирон приказал помогать с закупками хлеба у крестьян, — он вздохнул. — Буду мотаться по дальним деревням, о ценах договариваться.

— Сам, что ли?

— Нет, помощником.

Паренек Алвин симпатичный, а в доме оставались средняя, незамужняя сестра и Бирекка, весьма вольно трактовавшая понятие "вдовство". Пусть Бирон не титан интеллекта, в житейских вопросах он разбирается.