Накар облегченно вздохнул. В дверь забарабанили. Черныш, рефлекторно зажав рот лапами, тихо матерился.

Скрыть происшедшее? Нереально. Черныш перестал надеяться избежать огласки в тот момент, когда заорал во всю глотку, призывая на помощь. Теперь от него ничего не зависело, оставалось только отступить в тень и оттуда наблюдать за метаниями женщин да слушать приказы Бирона. Кстати сказать, на диво разумные.

Первым делом хозяин дома тычками и пинками разогнал непричастных, то есть почти всех. В комнате остались Накар, его помощник-гонец, старый проверенный эконом и сам хозяин дома. Ну и завернутая в одеяло Сантэл, понятное дело. Было еще несколько человек, на которых Бирон мог бы положиться в щекотливой ситуации, но они сейчас отъехали их города.

— Итак, что здесь произошло?

Купец бесцеремонно уселся на постель, являя собой монумент целеустремленности и решительности. Пока в ситуации не разберется — не отступит. Смотрел он на съежившуюся сестру, однако отвечать на его вопрос принялся Накар:

— В сущности, ничего страшного не произошло, господин Бирон. Просто на почве нервных переживаний у госпожи Сантэл развилась болезнь, называемая в ученых кругах сомнабулизмом. Довольно редкое явление, если подумать. Я прежде сталкивался с подобным во время путешествия по Агарскому княжеству. У жены одного офицера постоянно пропадали драгоценности, а на следующую ночь снова появлялись в прежних местах. Грешили на домашних духов, пока не выяснили, что хозяйка сама встает по ночам и украшения перепрятывает.

За время спокойной, монотонной и где-то даже ленивой речи приказчика Бирон молча наливался кровью. Под конец он не выдержал и взорвался:

— Вы хотите сказать, что не видите ничего удивительного в разгуливающей ночью в одной рубашке девице из приличного дома?