И вот всего лишь четыре часа спустя после того, как наша большая, шумная, веселая компания вывалилась из вагона электрички, разбила лагерь в ближайшем лесочке и, переодевшись, рассыпалась по лесу в виде гномов, эльфов, хоббитов и прочих экзотических существ, я уже не надеялся отыскать этот проклятый лагерь или кого-нибудь из моих товарищей по Средиземью. Мне хотелось только одного – услышать перестук вагонов железной дороги, тарахтенье автомобильного мотора или, на худой конец, мычание коровы!

Именно в тот момент, когда я с ненавистью рассматривал здоровенную, корявую, раскидистую рябину, встреченную мной далеко уже не в первый раз, справа из недалеких кустов раздался до боли знакомый голос:

– Так вот ты где, маг недоделанный!

И к моей милой рябинке выкатился… хоббит Фродо.

Надо сказать, что Паша отнесся к своей новой, весьма непривычной роли очень профессионально. Получив у меня для ознакомления бессмертное творение божественного Толкина, он за какую-то неделю практически наизусть выучил «Братство Кольца», доказав в моем лице всем маловерам, что актерская память – вещь совершенно уникальная. Ну а когда он выполз из поставленной специально для него палатки в полном хоббитском облачении, толпившиеся вокруг эльфы и гномы просто выпали в осадок.

Мой гениальный друг был одет в ярко-желтую рубаху и темно-зеленые штаны. На голове у него красовался симпатичный паричок, очень похожий своей густотой и кучерявостью на прическу аборигена центральной Африки. А на ногах у него были надеты темные собачьи унты без калош, так что его ноги нельзя было отличить от настоящих хоббитских. Когда же он засмеялся густым утробным смехом, именно таким, каким смеются все хоббиты-Мохноноги после обеда, весь лагерь на секунду замер, а затем грянула оглушительная овация.