— Не сомневаюсь, что успею еще насмотреться на котов, — многозначительно сказала она. — Я не собираюсь торчать на этом острове до самой смерти.

Глорм отстегнул пояс с мечом и положил на стоявший рядом стол.

— Похоже, я слишком близко к сердцу принял задачу охранять ваше высочество, — улыбнулся он, — но сидеть с этим по-людски невозможно, во всяком случае, не на стуле со спинкой. На камне, под скальной стеной — совсем другое дело. — Он посерьезнел и словно погрустнел.

— Ведь тебе недостает этих твоих гор, — заметила княгиня. — И наверняка всегда недоставало… Почему ты их покинул? Не могу представить, чтобы Раладан мог бросить свое море. — Она улыбнулась при одной лишь мысли, столь забавной она ей показалась. — Чего ты искал в Дартане?

— Теперь уже не знаю. Громбелард на самом деле — всего лишь большая груда голых скал, которую мочат дожди и продувают ветры. Четыре города, ибо Лонд я не считаю… Я построил там собственное королевство, независимое и даже невидимое для империи, у меня были свои урядники, сборщики налогов, шпионы и солдаты. У меня было все, что есть у тебя здесь, на Агарах. Но ты со своими кораблями можешь куда-то поплыть, можешь строить планы о расширении своих владений. А я добился всего и не мог отправиться со своими горами на завоевание остального Шерера… Мне не хотелось превратиться в одну из громбелардских скал, существующих во веки веков ради самого существования. Вот я и отправился искать счастья, — он вздохнул. — В моей жизни была женщина, возможно, единственная по-настоящему для меня важная… Но я тебе о ней уже рассказывал.

— Мне рассказывал Таменат. Что касается тебя, то ты в первый раз мне хоть о чем-то рассказываешь, — язвительно поправила она, но слова ее были правдой; король гор не отличался общительностью. — Эта женщина — Охотница. Она тебе отказала.