Чугун бродил по дому, пытаясь найти хоть какие-то следы своего брата. Шаги Чугуна слышались то внизу, то наверху, то еще где-то, как оказалось, в деревянных домах присутствует отличное эхо. Это эхо придавало дому средневековости и таинственности. Хотя тут таинственности и без того было хоть отбавляй — дом в глухом лесу, возле Чертова омута. И не просто дом, а дом с загадкой. Дом, хозяин которого исчез, оставив открытой дверь.

— Зря мы сюда приехали, — сказал вдруг Радист. — У меня дурное предчувствие. Я же хотел на нашей речке тренироваться…

— А у моего дяди завтра день рождения. Праздник. С королевскими креветками, — вздохнул Доход. — И я должен был попробовать гигантских креветок. В кисло-сладком соусе. Да так и не попробовал…

— А я гигантский ананас… — сказал Гундосов.

— Это точно, — поморщилась Тоска. — Ты — гигантский ананас! А ты, Доход, — креветка! Вы вообще все креветки! Только не гигантские, до гигантских вам расти и расти! Тошнота! Урюпинск! А еще на выживание тренироваться собираетесь!

— Ну хорошо, — сказал Доход. — Я хотел креветок попробовать, Гундос ананас хотел, мы Урюпинск. А ты чего? Ты чего хочешь?

— Взрослой эта дура хочет стать. — На веранду вывалился Чугун. — И в актриски поступить! В оперу!

Тоска стала красной, как помидор, и сжала в кулаке вилку.

— Положь оружие! — велел Чугун. — А то обратно тебя отвезу! Будешь дом от тараканов охранять! И от молей.

Тоска брякнула вилку на стол.

— Нашел чего-нибудь? — спросил я. — Следы какие-нибудь…

— Нашел, — сказал Чугун. — Нашел журнал.

— Неужели наш брат тоже выписывал «Вестник придурка»? — спросила Тоска. — Или «Чудаки тудей»? Или даже «Друг мутанта»?

Чугун не ответил. Выложил на стол толстую, обгорелую по краю книгу.

— Журнал, — сказал он. — В камине валялся. Наверно, он его сжечь хотел. А сам брат исчез.

— Какая таинственность…